jrchernk: (Retro)

Если судить по названию, то казалось бы, та же тема, что и у Конан Дойля. Но Австрия и Англия разные страны, как никак. И Стефан Цвейг пишет о другом и иначе.

Основной объём, девять страниц занимает описание встречи Цвейга с молодым итальянцем, который оказался безграмотен. Они вполне нормально общались и итальянец казался писателю нормальным малым, но когда он, ничтоже сумнящеся, попросил писателя прочесть вслух письмое девушки, Цвейга словно громом ударило. Они встретились на параходе и несколько дней ещё, валяясь в койке и ещё где, Стефан обдумывал это и пытался представить, какого это - жить, не прочтя ни одной книги. В конце автор делает вывод, что книге человечество обязано всем. Больше, чем химии самой по себе, больше, чем физике и технике, ведь книга залог того, что возможна передача знаний.

Read more... )
jrchernk: (Retro)

И опять я вынужден признать, что понятия не имею, кто такой Фолкнер, хотя определённо, где-то что-то слышал о нём. Википедия подсказывает, что он получил Нобелевскую премию по литературе. Как подсказывает уже книга в моих руках, данное эссе логически продолжает его речь на вручении.

"Тронуть сердце человеческое" - это цитата из предисловия к одному из романов Сенкевича. Полностью она выглядит так: "Эта книга написана ценой большого труда, с тем чтобы тронуть сердце человеческое". Фолкнер читал эту книгу в юности, и уже значительно позже, когда стал писателем, наконец, осознал, что эта фраза объясняет, почему писатели пишут. Многие не знаю, что именно это они делают, но на самом деле в этом заключается цель писателя. И дело не в надежде, тронув это самое сердце, изменить его, а в эгоистичному желании сказать смерти "нет" таким образом.

Не поймите автора неправильно )
jrchernk: (Retro)

О Честертоне очень много хорошего мне известно через третьи руки. Его упоминает Гейман во многих своих произведениях, прямо или косвенно. Его часто советуют почитать. При этом я до сих пор не прикасался к творчеству этого автора. Наверное, стоит почитать, поскольку голова у него на плечах однозначно имелась.

В этом эссе Честертон прямым текстом объясняет, что многие к детективам относятся, как к низшему жанру, и зря. Ведь независимо от жанра, хорошая книга - это хорошая книга, живущая и после смерти автора. А плохая книга пропадёт из виду и голов раньше, чем тираж распродастся. К тому же важно отметить два очень важных достижения детективов. Первое - раскрытие городской романтики, в частности - поэзии Лондона. Второе - популяризация полицейской работы. "... полицейский роман, роман о полицейских, в какой-то мере напоминает нам, что нет приключений романтичней и мятежней, чем сама цивилизация."

Read more... )
jrchernk: (Retro)

Что ж, а вот и первый неоднозначный рассказ в сборнике. Несмотря на многие его положительные качества продирался я сквозь него с большим трудом. Такое ощущение, что автор текста сама не до конца понимала, что хотела сказать. Собственно, а чего ещё можно ждать от Вирджинии Вульф - человека, чьи романы представляют собой образцовый пример "потока сознания"? Да ещё и считаются классикой в подобном "жанре".

Начало импонирует объяснением вопросительного знака. Мол, это исключительно моё видение того, как стоит подходить к книгам, я ни в коем случае не заявляю о знании истины в последней инстанции. Проблемы образуются дальше, когда сначала автор заявляет, что к каждой книге стоит подходить непредвзято, дать ему шанс увлечь необычным повествованием, ведь это возможность взглянуть на мир чужими глазами. А затем парой страниц позже Вирджиния говорит, что читатель однозначно в праве судить автора и сравнивать любую книгу с образцовой классикой, проверенной временем.

Read more... )
jrchernk: (Retro)

Могу поспорить, вы не знаете ни этого автора, ни его произведений. О нём не слышала Википедия, Лаборатории Фантастики известно лишь одно его произведение (но не сам автор), и чуть информации знает лишь LiveLib. На русском издавались лишь две его книги, и, видимо, редактор, составлявший сборник Homo Legens, их и читал. Собственно, можно понять, почему автор не был особо популярен.

Для начала Кош обращает внимание на то, сколь много способов убить человека описано в разных книгах. Взять хотя бы те, что описывал Оскар Уайлд. А затем достаточно не изящно Кош проводит аналогию и переходит к книгам. Сначала рассказывая, что книги многие пытаются убить физически - сжечь, разорвать. В разные времена это делали арабы, инквизиторы и нацисты в Германии. Но это редко убивает книгу, ведь даже если одна копия избежит огня, её могут скопировать и вновь размножить. Убийство книги - дело гораздо более тонкое.

Кто же убивает книги, по мнению автора )
jrchernk: (Retro)

Есть большое подозрение, что сегодняшний автор не нуждается в представлении. Создатель Шерлока Холмса, автор "Затерянного мира" и целого ряда других произведений, несправедливо забытых многими. Пожалуй, к этому ещё стоит добавить лишь, что Конан Дойл был верующим в мистику человеком. Будучи знакомым с Гудини, он не поверил, когда тот честно признался, что вся его "магия" лишь фокусы. А уже в преклонном возрасте его настиг скандал с фотографиями фей.

К чему я решил вспомнить эти факты из жизни писателя? Да вы хотя бы на название посмотрите, оно уже, как бы, намекает. И содержание соответствует, хотя, конечно, путём аллегории, где "волшебная дверь" - это обложка книги. В красках он описывает магию книг, способную воскресить давно умерших людей для разговора. Кроме того он описывает, как сам начал постигать волшебный мир литературы в студенческие годы, находясь в непростом выборе между книгами и насущными нуждами.

Read more... )

jrchernk: (Retro)

Герберт Уэллс - один из отцов научной фантастики. Да, и до него были сочинения о путешествии во времени, но именно о его рассказе "Машина времени" мы вспоминаем в первую очередь. Были ли произведения о вторжении инопланетян, я не знаю наверняка, но определённо, после "Войны миров" эта идея приобрела популярность. И вот, с другой стороны, в наличии статья "Современный роман", пытающаяся соревноваться с Прустом в длине абзацев и глубине образов.

Статья начинается с объяснения, каково отношения Уэллса к роману. Что он вообще думает об этом, как, по его мнению, роман зародился и для кого существует. Затем идёт сетование на то, что нынче отношение общества к этому жанру изменилось и начали выставляться разные требования к роману. Чтобы он был определённой длины, например. Автор изучает ситуацию со всех сторон и в самом конце выдвигает собственные требования к роману.

Read more... )
jrchernk: (Retro)

Что я знаю о Хэмнгуэйе? Немного. То, что он автор повести "Старик и море", которая, вроде как, входит в школьную программу у американцев. И во многих фильмах есть упоминания этой книги. Кроме того, его именем назван способ написания книг, описываемый так: "пиши пьяным, редактируй трезвым". Я пишу это, основываясь лишь на упоминании Буковского в "Женщинах". Википедия отрицает подобные слова. А ещё Хэмингуэй покончил жизнь самоубийством. Именно его примеру последовали спустя много лет Курт Кобейн и Хантер Томпсон. Но не будем о грустном.

Рассказ "Маэстро задаёт вопросы" представляет собой что-то вроде открытого письма. Без понятия, где они публиковались. В этом письме (очерке, как подсказывает мне fantlab) автор рассказывает о периоде своей жизни, когда к нему в дом пришёл молодой человек, желающий стать писателем. Писал он ужасно, но при этом имел большое стремление к писательству. А кроме того, желал побывать в море. Из сочувствия Хэмингуэй взял его и в команду своего катера, и в ученики. И это была большая ошибка, признаёт он. А затем приводит одну из бесед с этим юношей. Которого прозвали Маэстро из-за игры на скрипке.

Вкратце о рассказе )
jrchernk: (Retro)

От сего дня и по конец моей жизни я больше не притронусь к творчеству Марселя Пруста, разве что под дулом пистолета или при других схожих жизненных обстаятельствах. Мне плевать, что там считают признанные литературные критики и школьная программа, если не дай бог она включает хоть одно из его произведений. Потому что заявляю здесь и сейчас - это самое занудное, ужасное, нечитаемое скопище слов и предложений, какое я видел за всю своё знакомство с книгами. Возможно, за исключением Льва Толстого.

Первый отрывок, "О вкусе", на самом деле, не предвещал надвигающегося кошмара. Смущало, что это моноблок на полторы страницы без деления на абзацы, но при общем указанном объёме такое можно и потерпеть. А затем началось "О чтении". И казалось бы, что плохого в том, чтобы описать в подробностях, с примерами и рассказами из жизни о том, как Марсель Пруст в детстве увлекался чтением, да? Ну да, тут ещё и размышлений немного о Прошлом и Будущем. Так вот, подумайте, блин, ещё раз.

Ещё немного о боли от этого текста )
jrchernk: (Retro)

Внезапно оказалось, что в Homo Legens эссе и рассказы рассортированы по странам и вот я, преодолев СССР, перешёл к Франции. И почитав два рассказа понял, что чур меня чур читать это всё. Так что дальше я буду и читать, и, соответственно, рассказывать о самых разных рассказах из книги, ориентируясь по своим интересам и предпочтениям. Например, здесь есть рассказ Конан Дойла "За волшебной дверью" или "Маэстро задаёт вопросы" Хэмингуэя. И если мы будем идти по порядку, до второго ну никак не дойдём. А я уверен, это не только мне интересно будет. Но давайте уже к сегодняшнему объекту.

Знать об Анатоле Франсе стоит решительно вот что - он лауреат Нобелевской премии по литературе, деньги от которой были направлены в пользу голодающих в России (был это 1921 год, все в России выживали как могли). А ещё он был французом в самом типичном смысле и любовь к книгам у него какая-то уж очень плотская. Просто приведу цитату, вынесенную в эпиграф рассказа: "Я с первого взгляда узнаю настоящего библиофила по тому, как он дотрагивается до книги." И это так, только образец. Дальше начинается уже какая-то книжная эротика, и кто бы мог вообще подумать, что такое существует, однако же вот оно.

А самое забавное кроется в том, что... )
jrchernk: (Retro)

Что ж, ещё один писатель высказался о том, сколь замечательный источник знаний книга. И в принципе, можно было бы просто сослаться на то, что это эссе очень похоже на аналогичное Леонида Леонова ("Бескорыстный и сведущий друг"). Однако всё же мнение Бондарева отличается, и дело не только в выбираемых словах и образах.

Сведя три страницы к трём предложениям, вот о чём говорит автор. Во-первых, он указывает на удивительную возможность читателя через книгу взглянуть на мир глазами другого человека, примерить его роль. Затем он описывает, "сколь много нам открытий чудных готовит просвященья дух", и что у разных поколений в разные времена были свои шедевры, свои "одиссеи". Наконец, приближаясь к концу, Бондарев предостерегает всех тех, кто так или иначе связан с книжным делом - нельзя допустить "девальвации читательского вкуса, выдавая ему вещь непервосортной пробы за жемчужину изящной словесности".

Read more... )
jrchernk: (Retro)

Я уже было начал опасаться, что весь март буду жаловаться на авторов, пишущих обо всём и ни о чём. И в противоположность им буду ставить разве что короткие эссе, которые заявляют о довольно очевидных вещах. Однако затем на горизонте появилось "Книгопечатание" - глава из книги Сергея Наровчатова "Необычное литературоведение". Стоит заметить, что автор - герой Великой Отечественной, а также известный советский поэт.

Рассказывает "Книгопечатание" о... собственно, заявленном. Если быть точным, речь об истории книгопечатания. Начиная со знаменитого своей загадочностью Фестского диска, который был сделан путём штемпелированя, и заканчивая тем, как издательское дело развивалось в Европе и на Руси уже после прорыва Гутенберга. К слову, краткая история жизни Гутенберга так же присутствует. Но самое главное, что читать этот рассказ на 30 страниц действительно интересно.

Кто бы мог подумать, оказывается всё, что для этого нужно )
jrchernk: (Retro)

"…то, что Леонов настоящий писатель — настоящий, может быть, сумасшедший, чего требует это занятие, — понял из телевизионной передачи, когда он, девяностопятилетний, рассказывал, что пишет роман, который при жизни, скорее всего, не закончит (не вообще не закончит, а не закончит при жизни)

— А. Нилин. Станция Переделкино: поверх заборов : роман частной жизни"

Как вы наверняка поняли ещё по предыдущей рецензии, эссе Леонида Леонова мне и впрямь понравилось. Причина тому проста, в отличие от других приведённых в Homo Legens авторов, взяли и объяснил, почему читать книги - это хорошо. В чём их неоценимое качество. Почему "книга есть верный, бескорыстный и наиболее сведущий друг."

А с другой стороны... )
jrchernk: (Retro)

"Что это вообще было?" - такие мысли у меня были по прочтению этой длинной статьи, которая вроде как ещё и фрагментарно приведена в Homo Legens. Текст, вводящий в ступор и прострацию. Знаете, есть такие ситуации, когда ты вроде как читаешь книгу, но при этом мысли вообще о другом. "Давно я ел? Хм, да вроде часа три как, но уже снова хочется. О, книга." И приходится снова перечитывать абзац или страницу, уже внимательно. И вроде как должно быть совестно, ибо это моё внимание ускользает, но почему-то в других случаях, даже в этой книге, подобного не было.

Если всё же попытаться суммировать эти 11 страниц прострации, то Лидин описывает прелести библиофильства через призму историй. За каждой книгой есть своя история. О том, как она создавалась, что думал о ней писатель, какое влияние она оказала на людей. Например, к томику стихов Анона Дельвига он приложил письмо, опубликованное в газете, с просьбой издать сочинения автора массовым тиражом, от работника завода.

В паре абзацев о рассказе. )
jrchernk: (Retro)

Первый совершенно неизвестный для меня автор. О предыдущих я так или иначе знал, этот же... Кто он? И почему у него такой странный стиль изложения? Он поэт? Нет. Виктор Шкловский - советский писатель и литературовед. Застал целую эпоху, родившись в 1893 году и дожив до 1984-го. Википедия подсказывает, что сделал он много чего для популяризации книг и литературы в целом.

Если предыдущие произведения в сборнике являлись эссе, то это скорее статья, рассказ. Будь Шкловский нашим современником, это был бы пост в ЖЖ, на что указывает пометка в начале: "размышления, возникшие на Международной книжной выставке-ярмарке в сентябре 1981 года". Что из себя представляют эти размышления? Ещё один рассказ о книжном деле с экскурсом в историю. О том, как книги пишутся, что с ними случается затем. Как раньше тиражи выпускались и продавались. Что такое экслибрис и чем страшно желание их коллекционировать...

Хорошее и плохое в этой статье. )
jrchernk: (Retro)

Мои познания о Николае Рерихе исчерпываются сведениями о том, что он был художником, немного поэтом и немного писателем. А ещё общественным деятелем. И... всё, пожалуй. В самой книге ничего не говорится о том, откуда поступило эссе "Любите книгу". Публиковалось ли оно в какой газете или сборнике рассказов, остаётся неизвестным.

Само эссе представляет собой объяснение, почему стоит любить книги. Причём, не совсем понятно, почему, но Рерих обращает внимание отнюдь не на величие языка или языков. Не рассказывает о том, какой мир скрывает в себе каждая книга. Нет, в значительной степени он больше упирает на труды, положенные на создание книги - причём больше на труды наборщика и редактора, чем труды писателя.

О том, стоит ли читать это эссе и что там вообще есть. )
jrchernk: (Retro)

Мало кто помнит, но существовало два русских писателя по имени Алексей Толстой - Константинович и Николаевич. Родства очень дальнего. Первый известен произведением "Князь Серебряный", второй - романами "Аэлита" и "Гиперболоид инженера Гарина". В данном случае речь об эссе второго. Впервые размышления "О читателе" были опубликованы в сборнике "Чёрная пятница. Рассказы 1923-1924".

Алексей Николаевич прямым текстом указывает на тот факт, что без читателя нет и писателя. Даже если голову вашу посещают светлые мысли, но делиться ими не с кем, станете ли вы тогда их записывать? Вопрос спорный, но в случае сферического коня в вакууме* ответ, конечно, нет. Вернёмся в реальность, где читатель имеет прямое влияние на писателя. Ведь при появлении самой идеи произведения появляется и образ людей, для которых оно будет создаваться.

Так писал Алексей Толстой. )
jrchernk: (Retro)

Честно сказать, я позорно мало знаю об Алексее Максимовиче Пешкове, более известном под своим псведонимом. Разумеется, что-то я проходил в школе, в состоянии настолько далёком от осознанного, что ничего в памяти не осталось. А потому давайте я сразу перейду к его эссе "О книге", которое было написано в качестве вступления к книге Рауля Мортье "Histoire générale des littératures étrangères" (Всеобщая история зарубежной литературы), изданной в Париже в 1925 году.

На трёх страницах Горький описывает свою любовь к чтению, причину такой привязанности и того, насколько это вообще важно - читать. "Я люблю книги: каждая из них кажется мне чудом, а писатель - магом." Отдельно автор подчёркивает, насколько важнее для него оказывается жизнь, описанная в книге, нежели многие другие, реально существующие вещи. "Наше существование всегда и всюду трагично, но человек превращает эти бесчисленные трагедии в произведения искусства; я не знаю ничего более удивительного, более чудесного, чем это превращение."

Read more... )

Profile

jrchernk: (Default)
jrchernk

April 2017

S M T W T F S
       1
23 4 56 78
910111213 14 15
1617 1819 20 2122
23 2425 26272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 20th, 2017 08:32 pm
Powered by Dreamwidth Studios